Недобросовестное ведение переговоров при заключении сделки может повлечь убытки в виде упущенной выгоды.

Новая судебная практика или сказ о том, как с Ашана взыскали более 15 миллионов рублей убытков за недобросовестное ведение переговоров.

Суть дела.

В 2016 году ООО «Ашан», как потенциальный арендатор, и компания «Декорт», как потенциальный арендодатель, начали вести переговоры о заключении договора аренды склада, расположенного в Московской области. Речь шла о крупных суммах, переговоры велись тщательно и на протяжении семи месяцев. Итогом столь длительных переговоров стало составление согласованного сторонами проекта договора аренды, который потенциальный арендодатель подписал и направил другой стороне.

Однако, после получения подписанного одной стороной договора аренды, потенциальный арендатор «пропал», т.е. прекратил всяческое общение с представителями ООО «Декорт».

В свою очередь, юристы потенциального арендодателя не растерялись и обратились в суд за взысканием упущенной выгоды.

Как взыскать неосновательное обогащение при срыве переговоров одной из сторон?

В соответствии со ст. 434.1 Гражданского Кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.

Однако, п. 2 той же статьи установлено, что при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, а именно, не допускать вступления в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной.

Какие действия стороны могут быть рассмотрены как недобросовестные?

Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

  1. предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;
  2. внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Пунктом 19 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.16 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что к отношениям, связанным с причинением вреда недобросовестным поведением при проведении переговоров, применяются нормы главы 59 ГК РФ с исключениями, установленными статьей 434.1 ГК РФ.

Однако, предполагается, что каждая из сторон переговоров действует добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. Вместе с тем недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

Как суд оценивал действия ООО «Ашан»?

В ходе согласования всех существенных условий сделки сотрудники ООО «Ашан» осуществляли действия, свидетельствующие о намерениях заключить договор, а именно:

  1. проводили юридический и финансовый анализ документации арендодателя,
  2. направляли запросы на необходимые документы для заключения сделки,
  3. согласовывали основные и детальные условия сделки по всем существенным, коммерческим и техническим условиям,
  4. неоднократно переносили и назначали новые даты ее заключения, чем позиционировали себя в глазах истца, как имеющие твердые намерения вступить с ним в договорные отношения

Такое поведение потенциального арендатора презюмируется недобросовестным, то есть противоправным, нарушающим защищаемое законом особое состояние доверия добросовестного контрагента к благополучному завершению переговоров, образовавшееся от поведения другой стороны переговоров, позиционирующей себя в глазах своего контрагента, как имеющий твердые намерения вступить с ним в договорные отношения.

Таким образом, потенциальный арендодатель не мог ожидать, что контрагент внезапно и неоправданно прекратит переговоры по заключению договора аренды.

Поскольку потенциальный арендодатель доказал факт внезапного и неоправданного прекращения переговоров арендатором при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать, недобросовестность действий ответчика предполагается, что установлено в подп. 2 п. 2 ст. 434.1 ГК РФ и разъяснено в п. 19 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.16 г. № 7 .

Какие убытки можно отнести к упущенной выгоде?

Пунктом 3 ст. 434.1 ГК РФ установлено, что сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

В частности, пунктом 20 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.16 г. № 7 разъяснено, что в результате возмещения убытков, причиненных недобросовестным поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом. Таким образом, перечень убытков, перечисленных в п. 3 ст. 434.1 ГК РФ, является открытым.

При этом на лицо, недобросовестно сорвавшее переговоры, возлагается обязанность возместить убытки, которые понесены потерпевшим как до факта срыва переговоров - с момента установления с ним первого делового контакта, так и после такого срыва до момента их устранения потерпевшим.

Поскольку ООО «Д», руководствуясь серьезностью намерений потенциального арендатора в заключении с ним договора аренды, предпринимало меры и приготовления для получения выгоды в виде подготовки склада под заявленные ответчиком технические требования, в том числе освободил помещение от прежних арендаторов.

Убытки для ООО «Д» выразились в виде неполученных арендных платежей в размере 15665814,80 руб. от прежних арендаторов за период в 6 месяцев, т.е. с момента освобождения предстоящих к сдаче в аренду помещений от прежних арендаторов с целью их подготовки под заявленные ООО «Ашан» технические требования по дату срыва переговоров ответчиком по дату сдачи складов в аренду третьим лицам.

Таким образом, суд счел требования потенциального арендодателя о взыскании упущенных доходов, причиненных недобросовестным поведением Ашана, выразившихся в утрате возможности получения арендных платежей от прежних арендаторов в размере 15 665 814, 84 руб., которые бы были получены ООО «Д», если бы они не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом.

Осенью 2017г. Решение Арбитражного суда Московской области от 04.04.2017 года по делу № А41-90214/16 устояло в апелляционной инстанции.

Никоненкова Е.В. 11.12.2017г.